April 1st, 2009

сова

Немножко о Евромерике

Итак, после Чаймерики есть смысл поговорить о Евромерике. Если Европа обессмысливается, то обессмысливание Евромерики происходит несколько иначе. Евромерика - пресловутые иллюминати, то есть крупнейший финансовый капитал США, Британии, Швейцарии, Израиля, Франции, который втихаря принято называть еврейским. Однако это название несколько лукаво, как и название иллюминати. Принадлежность к евреям и огромное достояние ещё не гарантирует включение в данную группу. В то время как кое-кто из английских лордов к этой группе относится. Речь идет об определенном состоянии духа, позволяющим видеть мир чуточку иначе, то есть принимать некоторые закономерности как данность. В самом начале своего ЖЖ я недаром дал фото Северного полюса Сатурна. Шестригранник, а внутри круги. Так вот, если миллиардеры - шестигранник, ашкенази - шестиконечная звезда, то пресловутые иллюминати - круги внутри. Если продолжить урок мистики - шестиконечная звезда обеспечивает распирающиек действие, шестигранник - усваивает добычу распирающего действия, то круги живут по своей логике. Там немножко другое видение истории и человечества, отнюдь не из-за неких тайных знаний, а просто в силу состояния духа. Наши миллиардеры могут думать о себе, что угодно, но именно они являются по отношению к этой группе перефирией, да и Киссенджер с Бзежинским являются перефирией. Более того, те, кто думает, будто этих финансистов можно легко обвести вокруг пальца, развести на деньги, дезинформировать и победить, несколько ошибается. Перед этими финансистами можно поставить объективные преграды и задачи, а хитрить лучше не стоит. Этим финансистам само по себе соревнование Европы и США не нужно. Они поддерживают определенное соотношение скорости развития этих двух регионов и начинают бороться друг с другом только, когда другая сторона переходит некую черту. Так вот, применительно к Чаймерике существует только один вопрос - когда они постараются заставить Китай взять на себя ограничения по уровню развития собственной экономики относительно экономик США и Европы. С Россией понятно - она взяла на себя куда большие обязательства, чем это реально необходимо Евромерике. С Японией этот фокус удался.
http://www.inosmi.ru/stories/05/09/02/3453/223627.html

В истории про валютный кризис в Японии, заставивший страну топтаться на месте, верно всё, кроме одной мелочи. Японцы на уровне элиты отлично знали, что остановят развитие страны, но решили не дергаться. У них просто не было интеллектуального и технического ресурса, позволяющего на равных бороться за экономическое господство в мире. Они просто решили уйти в тень. Данное решение, безусловно, противоречит житейской логике поведения, но вполне находится в рамках восточного мышления, да и политических традиций мира, определяющих поведение слабого. С Китаем будет сложнее. Есть некие национальные амбиции, требующие повышения жизненного уровня населения минимум до половины американских стандартов. Страна больше, интеллектуальный ресурс больше, диверсификация экономики заложена в изначальную схему развития. Отсюда неясность, как остановить Китай - через кризис в сельском хозяйстве, через финансовый кризис, через войну с Россией? Планы имеются разные. Но борьба Евромерики с Китаем имеет принципиальное отличие от борьбы Евромерики с Японией и СССР. В борьбе Евромерики с СССР гонка на скорость была только в 50-е годы и начале 60-х. Именно в это время США были вынуждены форсировать развитие Европы и собственной экономики. Уже с середины 60-х годов стало ясно, что элита СССР скорее согласится развалить страну ради собственного барыша, чем перестроит отношения внутри страны, то есть даст русскому народу необходимые ресурсы для экономического соревнования с Западом. С Японией гонки на скорость не было в принципе. Чуть-чуть придержали передачу новых технологий, чуть-чуть пригрозили ограничениями на экспорт в США, чуть-чуть погрозили пальчиком, мол, в случае конфликта интересов могут вывести войска и пойти на блокаду Японии, и соглашение было достигнуто. С Китаем же мы имеем самую настоящую гонку, причем гонку очень своеобразную.

Со стороны кажется, будто Китай форсирует развитие любой ценой, а Запад топчется на месте. На самом деле Китай ждет. Он повышал курс юаня, покупал и покупает ГКО США, вкладывает бешенные деньги в сырьевые проекты за границей и даже строит вторую очередь Панамского канала. Дело в том, что Евромерика истощила человеческий ресурс. Признаки истощения человеческого ресурса видны по конфликтам этнических общин, аутсорсингу научных разработок, общей неврозности западного общества и степени концентрации иностранных общин в Лондоне, Нью-Йорке и Париже. Из преимуществ Китае главное в способности не претендовать на первое место в мире де факто. Первое место среди стран Дальнего Востока - обязательно, первое место в мире - не обязательно. Китай обойдется внешне почтительностью. Это его историческая традиция - считать себя главным на словах и соглашаться с автономией окружающих стран на деле. Всё зависит от степени сопротивления китайской экспансии. Из преимуществ Евромерики - контроль над самыми развитыми странами с самыми богатыми традициями науки и техники и с населением, психологически более раскованным, чем население Китая. Но дело в том, что население вырождается. Шестиграннику вместо экспансии грозит обрушение внутрь. То есть "круги" начнут терять способность к видению мира и разумным действиям. Если попытку обрушить экономику КНР в 1997 году можно отнести к ошибкам, а надувание валюного пузыря в США к серьезным ошибкам, то народ чуть ли не ревущий от счастья при инаугурации Обама - диагноз. Ещё больший диагноз - лондонский или парижский обыватель, почтительно уступающий дорогу пакистанцам или арабам. При этом он может себя чувствовать сколь угодно комфортно или дергаться от ненависти к мигрантам. И, наконец, последний признак надвигающегося кризиса - огромная община еврейских иммигрантов в Нью-Йорке или Лондоне. Она тоже на взводе, она вечно дергается по разным поводам. В итоге мы имеем общество, которое не понимает, что оно хочет - то ли мирового величия, то ли мирового комфорта, то ли возможности просто не дергаться по поводу завтрашнего дня и не орать Yes, we can, пытаясь заглушить страх перед неопределенностью.