kosarex (kosarex) wrote,
kosarex
kosarex

Category:

Москва первой признала Февральскую революцию

Наше основное внимание историки, естественно, привлекают к вопросу отречения Николая Второго. Оно произошло 2 марта. Однако, уже 1 марта власть Временного правительства, который тогда, до отречения Николая Второго, назывался Временный комитет Государственной думы признали Англия и Франция. Чувствуете спешку? В такой спешке отражены и уверенность в победе революции, и одобрение этой революции. При такой спешке всегда можно и нужно предполагать, что западные державы тем или иным способом помогали революции. Искать в Февральской революции только германский след нелепо.

Царь пытался собрать войска на фронте, но фактический главнокомандующий Алексеев, то есть министр обороны, был за революцию. Генштаб за революцию. Пусть не все генералы были в заговоре против Николая Второго, но царь не мог получить необходимое число войск для возврата контроля над столицей. Более того, лояльность пока контролируемых частей не простиралась до готовности стрелять и вешать в тех размерах, которые были необходимы для подавления восстания.

1 марта это не только дата признания революции Англией и Францией. Революцию признала Москва и ряд иных городов России. Причем, забастовки и митинги носили во многом формальный характер. Борцы с самодержавием имитировали активность, поскольку сопротивления не было. Было бы сопротивления, была бы борьба, а тут идут демонстранты, а им дают понять, что в целом с ними согласны, из-за царя не то что стрельбу, даже драку устраивать не будут. Фактически происходила именно та идеальная революция, когда группировка, рвущаяся во власть, могла не волноваться о том, всех ли нужных людей вовлекли в заговор, поддержат ли революцию газеты и их владельцы, что скажут солдаты и офицеры на фронте и в гарнизонах по стране, станет ли государственный аппарат подчиняться смене власти. Ясно, что проблем не будет.

Вот тут надо поговорить о Петре Первом и созданной им системе самодержавия или реформе самодержавия, чтобы быть точным, раз у нас установления самодержавия относят к Алексею Михайловичу, покончившему с традицией Думского собора и Боярской думой как атрибутами управления страной. Давайте честно, не многовато ли было переворотов после Петра? Не слишком ли легко страна принимала очередного правителя или правительницу? Не слишком ли неразборчива была страна в признании очередного правителя? Если бы у декабристов хватило бы духа убить Николая Первого, то и их бы признала страна раньше, чем разобралась бы, зачем ей это нужно. Сравните количество переворотов в России 18 века с количеством переворотов в Пруссии, Англии, Франции, Австро-Венгрии. Там стабильность, здесь переворот на перевороте. Там, одновременно, страх перед недовольством мешал появлению столь одиозных личностей как Анна Иоановна, Петр Третий, Павел Первый. Да и Екатерине Великой не позволили бы отдать Варшаву немцам. Европейские монархии тоже были уязвимы, проект Великой французской революции удался и привел к всеевропейским войнам. Но в целом монархии были стабильны. Если мы возьмем 19-ый век, то тоже будут вопросы - где аналоги выступления декабристов в Пруссии, Австро-Венгрии, Англии, Швеции, Нидерландах? Где аналоги убийства Александра Второго, царя, который провел крайне важные для государства реформы? Вильгельм Первый Гогенцоллерн с помощью Бисмарка провел ещё в Пруссии важнейшие реформы. Смог ли террорист, вроде Халтурина, явно с помощью кого-то из высшего руководства и аристократии устроить неудачный взрыв в его столовой? Не было, а у нас было тринадцать покушений, последнее привело к гибели, пожалуй, самого полезного для развития страны за весь 19-ый век монарха. Давайте признаем честно, что самодержавие Петра Первого оказалось слишком ущербным с точки зрения устойчивости и способности адекватно отражать интересы общества даже в той куцой форме, которая присуща абсолютизму. Дефектность Российской империи Романовых отражена вполне наглядно в её истории. Удивляться, почему народ, аристократия, чиновничество, купечество не стали толком разбираться, что за субчики устроили свержение богоизбранной особы, помазанника Божьего, после беглого взгляда на предыдущую историю Российской империи не стоит. Удивляться стоит игре в непонятки - факты налицо, в учебниках для школьников, выбросить из из книг нельзя, а все делают вид, будто Петр Первый не создал нечто дефектное и неустойчивое, как и его взбалмошенная психика. Более того, дефективность нынешнего российского общества отражена в том, что мы даже близко не стоим к дискуссиям 19-го века, когда всерьез пытались разобраться в достоинствах и пороках реформ Петра Первого. Социализм принес в Россию регресс гуманитарной и общественной мысли.

Нынешняя болтовня о том, законно ли отречение Николая Второго, из области клоунады. Свержение монархии, равно как республики, всегда незаконно, если нет одного из двух действий - просто сгон монарха с трона, когда реально правят другие, или убийство. Напомню историю - когда последний претендент на корону из Йорков победил последнего претендента на корону из Ланкастеров, он сказал пленному претенденту - как ты смел выступить против законного короля? Ответ был справедлив - но, ваше величество, кто из нас король стало ясно только час назад! Расстрел царской семьи большевиками по сути был бессмысленным, очередным актом кровопийства, а не узаконением власти.

Однако, поговорим о нынешнем дне. Редакция Фонтанка.ру вестма справедливо решила написать серию статей о революционном 1917 годе. Написали в феврале, новой нет. Явно дана команда сверху - несвоевременно вспоминать былое. Вы можете себе представить, чтобы в США вдруг свернули воспоминания о двухсотлетии независимости, столетии Гражданской войны, столетии Первой мировой? Такое невозможно также применительно к любой европейской стране. Публикуйте, вспоминайте, это наша история. Абсолютно не важно под каким предлогом у нас отменили воспоминания о юбилее, воспоминания и дискуссии, а не яростную пропаганду. Кто-то может сослаться на проект восстановления монархии и требовать - сейчас вспоминать нельзя, нет окончательно решения по проекту, кто-то будет говорить, что проект Российский Пиночет ещё не утвержден, нельзя вспоминать Февральскую, уж больно лозунги демократические. Не важно, кто что сказал и скажет ещё. Важно, что в такой обстановке невозможно творить нормальные исторические фильмы, писать исторические романы, короче, создавать искусство. Всегда что-то вызовет низзя, не положено, заткнитесь. Вспомним, что нам навязывают о Булгакове и Мастере и Маргарите - низзя, с церковной точки зрения это ересь, низзя, Булгаков против социализма, низзя, Булгаков - злодей-антисемит, короче, как в песне - туда нельзя, сюда нельзя, никуда нельзя. Ведь любое искусство неоднозначно, оно не может быть нацелено на удовлетворении только одних политических взглядов, а удовлетворить все политические взгляды сразу ещё нелепее. Общество, которое против искусства и истории, это дефектное общество. Общество, которое вечно путает историю и искусство с подрывом власти, уродливо и не гуманно. Поэтому историю стоит вспоминать. Я не специалист по истории России, тем более, по истории Февральской революции, поэтому ограничиваюсь чисто личными замечаниями. Будем надеяться, что когда-нибудь с историков-профессионалов снимут хоть половину бремени угождения.
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments

Recent Posts from This Journal