У каждого человека есть свой бой
https://putnik1.livejournal.com/7793528.html
Это обмен мнениями по мотивам монолога адвоката Валентина Рыбина. Суть: Женя Мефедов, после освобождения приглашенный на большое российское ток-шоу, сказал, что российское консульство ему в годы плена очень помогало, и консул РФ присутствовал на каждом заседании суда.
Таким образом, Евгений освобожденный уличает во лжи не только Евгения скованного ("За год российский консул прислал одну маленькую посылочку. И на том спасибо. Как таковой помощи я не вижу. Консул посещал суд последний раз 7 июня прошлого года"), а (по факту) и своего адвоката, сражавшегося за него несколько лет, и многих других, кто, в отличие от нырнувших в норку ("Я не хочу вмешиваться в эту ситуацию!"), всеми силами, - не за деньги, не по обязанности, но по зову сердца, - его поддерживал.
Странно?
Отнюдь.
Все просто.
Всё проще. Вон, шаман Габышев после ареста утверждает, что с ним поступили по закону, всё хорошо. Хотя ничего хорошего, ему ещё грозят какое-то дело пришить типа кражи валенок или драки по пьянке. К таким вещам надо относиться спокойно.
У каждого человека есть свой бой, после него или вне его уже не до боя. Жил да был Солженицын, воевал с советской системой, выгнали за границу, оказался Нью-Йорке. Там его местные диссиденты стали обвинять в отсталости взглядов, в хозяева набивались. Солженицын не стал с ними бороться, а просто уехал в Вермонт жить и работать. Не его бой. Через много лет СССР рухнул, Солженицын вернулся, совершил вояж, высказал неудобное Ельцину мнение и снова стал писать. Борьба с Ельциным это уже не его бой.
Мефедов сидел в украинской тюрьме и вполне логично называл свидомитов террористами. А битва с российским консулом уже не его бой. Пушкин знал, что его дело это стихи. Да, воображал заодно, что в дуэлях смыслит и стреляет хорошо. Но на деле бой с Дантесом это не его бой. Он и вызов послал не в тех чувствах, которые гарантируют победу. Власть такие вещи чувствует и пытается этим воспользоваться. Вон, Галилео Галилей отрекся от взглядов. Понять движение планет это его стезя, а война с церковью не его. Такие вещи надо понимать, чтобы не требовать от других больше, чем возможно. Но уловка власти как раз в противоположном.
Это обмен мнениями по мотивам монолога адвоката Валентина Рыбина. Суть: Женя Мефедов, после освобождения приглашенный на большое российское ток-шоу, сказал, что российское консульство ему в годы плена очень помогало, и консул РФ присутствовал на каждом заседании суда.
Таким образом, Евгений освобожденный уличает во лжи не только Евгения скованного ("За год российский консул прислал одну маленькую посылочку. И на том спасибо. Как таковой помощи я не вижу. Консул посещал суд последний раз 7 июня прошлого года"), а (по факту) и своего адвоката, сражавшегося за него несколько лет, и многих других, кто, в отличие от нырнувших в норку ("Я не хочу вмешиваться в эту ситуацию!"), всеми силами, - не за деньги, не по обязанности, но по зову сердца, - его поддерживал.
Странно?
Отнюдь.
Все просто.
Всё проще. Вон, шаман Габышев после ареста утверждает, что с ним поступили по закону, всё хорошо. Хотя ничего хорошего, ему ещё грозят какое-то дело пришить типа кражи валенок или драки по пьянке. К таким вещам надо относиться спокойно.
У каждого человека есть свой бой, после него или вне его уже не до боя. Жил да был Солженицын, воевал с советской системой, выгнали за границу, оказался Нью-Йорке. Там его местные диссиденты стали обвинять в отсталости взглядов, в хозяева набивались. Солженицын не стал с ними бороться, а просто уехал в Вермонт жить и работать. Не его бой. Через много лет СССР рухнул, Солженицын вернулся, совершил вояж, высказал неудобное Ельцину мнение и снова стал писать. Борьба с Ельциным это уже не его бой.
Мефедов сидел в украинской тюрьме и вполне логично называл свидомитов террористами. А битва с российским консулом уже не его бой. Пушкин знал, что его дело это стихи. Да, воображал заодно, что в дуэлях смыслит и стреляет хорошо. Но на деле бой с Дантесом это не его бой. Он и вызов послал не в тех чувствах, которые гарантируют победу. Власть такие вещи чувствует и пытается этим воспользоваться. Вон, Галилео Галилей отрекся от взглядов. Понять движение планет это его стезя, а война с церковью не его. Такие вещи надо понимать, чтобы не требовать от других больше, чем возможно. Но уловка власти как раз в противоположном.