Проблема независимости Латинской Америки и стран СНГ
Известно, что ваша способность объяснять историю во многом зависит от понимания истории. Вершинин пишет про Латинскую Америку, а реальную актуальность процесса обретения разными Гондурасами независимости для наших дней не объяснил. Давайте проще, представим себе уездный город Н. из комедии Ревизор. Неожиданное событие, приезжает из центра юный Хлестаков и громогласно заявляет - спешу к себе в асьенду, поэтому скажу правду коротко. Господа, к вам больше никогда не приедет ревизор! Немая сцена сменяется возгласами - как,не приедете? Никогда, никогда не приедет?
Всё нормально, в 1804 году Испания захвачена Наполеоном, король и его семья пленены. Англия заблокировала контакты поднаполеоновской Испании с колониями. Власть рухнула, а провинции и уезды за океаном остались. На провинции обрушилась свобода. Можно торговать с Англией и США, можно не платить налоги в центр, можно не писать отчеты, можно жить без страха перед ревизорами. Так продолжалось по 1813 год включительно. Конечно, пытались имитировать подчинение прежнему госаппарату, а по сути свободно паслись. Великого счастья не было, континентальная блокада Наполеона ударила по торговле. Несчастья тоже не было, всё равно англичане и американцы что-то покупали, товары продавали. Через восемь лет, Испания была освобождена, королевская семья снова стала контролировать Латинскую Америку, приехали ревизоры. Было это где-то в 1814 году.
Теперь вернемся в город Н., где не произошли события как в комедии Гоголя, поскольку местный Хлестаков просто принес весть о событиях в Европе. Латиноамериканцы стали сравнивать жизнь с ревизорами с жизнью без ревизоров. Восемь лет без ревизоров, шесть лет с ревизорами, английские интриги, появляется господин Симон Боливар, начинаетс сепаратизм, то есть борьба за жизнь без ревизоров, но идея Единой Латинской Америки тоже предполагала ревизоров, поэтому Латинская Америка распалась на ряд государств. В основном континент распался на провинции, а Центральная Америка на уезды вроде Гондураса.
Теперь представьте уездный город Н., где знакомый нам городничий, чиновники, купцы и благородное дворянство вдруг вынуждены играть неожиданные роли и получают возможность называть себя и обзывать соперников либералами или консерваторами. Добчинский подается в либералы, Бобчинский в консерваторы, оба обязаны убедить себя, что их расхождения идейны и глубоки как между Лениным и Троцким, а позднее между Сталиным и Троцким. Городничий Дмухановский держит речи о скрепах и национальном самосознании, его речи идиотски копирует Держиморда перед поркой обывателей, в обществе дискуссии - хорошо ли брать взятки русскими борзыми щенками, если прогрессивней брать щенков английских бультерьеров или французских пуделей, но и тут причина для идейных споров.
Элита уездного города Н. никак не тянет на высоту идейных речей, а Хлестакову уже не до Испании, пора поискать свои пути выходу в люди. Путь же один - стать генералом или президентом, а для этого надо не торчать в своей асьенде, приехать в городок и кого-то возглавить. Если взять цикл рассказов О Генри о банановой республике и Сто лет одиночества Маркеса, получим разного уровня произведения, но в целом о похожем - уездный город Н. вместе со всем уездом пытается жить без ревизора. Целый ряд стран по сей день пытаются, но ничего не получается.
Развал СССР как раз провоцировался по латиноамериканскому сценарию. Господа, к вам едут ревизоры Гдлян и Иванов. Вот они здесь поработали, вы поняли как хорошо жить без ревизоров? Смотрите, большие соседи встали на светлый путь, Украина Кравчука хочет жить без ревизоров. Спешите поддержать Ельцина. Ельцин даже внутри РФ объявил - хапайте суверенитета столько, сколько хотите, ревизоры подождут. Ребята, решайте, кто у вас консерватор, кто либерал. Консолидируйтесь как латиноамериканцы в масонские прогрессивные и консервативные ложи. Ваши городничие просто душки, центры среднеазиатских областей уже обрели столичный лоск. Перед вами все пути открыты, протискивайтесь быстрее в калитку независимости и вперед, на большую дорогу! Это не шутка, если учесть, что до половины бюджета РФ в 1992 и даже 1993 уходило на содержание независимых стран СНГ. Товарищ Городничий, возьмите этот чемоданчик с долларами, если вы за независимость. Если вы против - ограничьте себя уже немодной советской зарплатой.
Конечно, прожить без ревизоров не удалось, появились английские и американские ревизоры, но с иными интересами и даже с правами на безответственность. Местного лекаря Гибера перевоспитывают в очередного Мясникова. Приставу Уховертову читают лекции об организации работы спецслужб и эскадронов смерти. Попечитель богоугодных заведений Земляника становится спецом по продаже детишек из детдомов за границу. Жизнь цветет, но остается провинциальной.
Я к тому, что актуальность истории и литературы зависит от способности увидеть сходство и различия в главном. Не увидил - нет актуальности ни в истории, ни в литературе. Важно увидеть актуальность, а потом понять границы актуальности. Например, испанский менталитет во многом не совпадает с киргизским или украинским. Львов провинциальнее Донбасса. Но провинциальность имеет много общего во всем мире.
Всё нормально, в 1804 году Испания захвачена Наполеоном, король и его семья пленены. Англия заблокировала контакты поднаполеоновской Испании с колониями. Власть рухнула, а провинции и уезды за океаном остались. На провинции обрушилась свобода. Можно торговать с Англией и США, можно не платить налоги в центр, можно не писать отчеты, можно жить без страха перед ревизорами. Так продолжалось по 1813 год включительно. Конечно, пытались имитировать подчинение прежнему госаппарату, а по сути свободно паслись. Великого счастья не было, континентальная блокада Наполеона ударила по торговле. Несчастья тоже не было, всё равно англичане и американцы что-то покупали, товары продавали. Через восемь лет, Испания была освобождена, королевская семья снова стала контролировать Латинскую Америку, приехали ревизоры. Было это где-то в 1814 году.
Теперь вернемся в город Н., где не произошли события как в комедии Гоголя, поскольку местный Хлестаков просто принес весть о событиях в Европе. Латиноамериканцы стали сравнивать жизнь с ревизорами с жизнью без ревизоров. Восемь лет без ревизоров, шесть лет с ревизорами, английские интриги, появляется господин Симон Боливар, начинаетс сепаратизм, то есть борьба за жизнь без ревизоров, но идея Единой Латинской Америки тоже предполагала ревизоров, поэтому Латинская Америка распалась на ряд государств. В основном континент распался на провинции, а Центральная Америка на уезды вроде Гондураса.
Теперь представьте уездный город Н., где знакомый нам городничий, чиновники, купцы и благородное дворянство вдруг вынуждены играть неожиданные роли и получают возможность называть себя и обзывать соперников либералами или консерваторами. Добчинский подается в либералы, Бобчинский в консерваторы, оба обязаны убедить себя, что их расхождения идейны и глубоки как между Лениным и Троцким, а позднее между Сталиным и Троцким. Городничий Дмухановский держит речи о скрепах и национальном самосознании, его речи идиотски копирует Держиморда перед поркой обывателей, в обществе дискуссии - хорошо ли брать взятки русскими борзыми щенками, если прогрессивней брать щенков английских бультерьеров или французских пуделей, но и тут причина для идейных споров.
Элита уездного города Н. никак не тянет на высоту идейных речей, а Хлестакову уже не до Испании, пора поискать свои пути выходу в люди. Путь же один - стать генералом или президентом, а для этого надо не торчать в своей асьенде, приехать в городок и кого-то возглавить. Если взять цикл рассказов О Генри о банановой республике и Сто лет одиночества Маркеса, получим разного уровня произведения, но в целом о похожем - уездный город Н. вместе со всем уездом пытается жить без ревизора. Целый ряд стран по сей день пытаются, но ничего не получается.
Развал СССР как раз провоцировался по латиноамериканскому сценарию. Господа, к вам едут ревизоры Гдлян и Иванов. Вот они здесь поработали, вы поняли как хорошо жить без ревизоров? Смотрите, большие соседи встали на светлый путь, Украина Кравчука хочет жить без ревизоров. Спешите поддержать Ельцина. Ельцин даже внутри РФ объявил - хапайте суверенитета столько, сколько хотите, ревизоры подождут. Ребята, решайте, кто у вас консерватор, кто либерал. Консолидируйтесь как латиноамериканцы в масонские прогрессивные и консервативные ложи. Ваши городничие просто душки, центры среднеазиатских областей уже обрели столичный лоск. Перед вами все пути открыты, протискивайтесь быстрее в калитку независимости и вперед, на большую дорогу! Это не шутка, если учесть, что до половины бюджета РФ в 1992 и даже 1993 уходило на содержание независимых стран СНГ. Товарищ Городничий, возьмите этот чемоданчик с долларами, если вы за независимость. Если вы против - ограничьте себя уже немодной советской зарплатой.
Конечно, прожить без ревизоров не удалось, появились английские и американские ревизоры, но с иными интересами и даже с правами на безответственность. Местного лекаря Гибера перевоспитывают в очередного Мясникова. Приставу Уховертову читают лекции об организации работы спецслужб и эскадронов смерти. Попечитель богоугодных заведений Земляника становится спецом по продаже детишек из детдомов за границу. Жизнь цветет, но остается провинциальной.
Я к тому, что актуальность истории и литературы зависит от способности увидеть сходство и различия в главном. Не увидил - нет актуальности ни в истории, ни в литературе. Важно увидеть актуальность, а потом понять границы актуальности. Например, испанский менталитет во многом не совпадает с киргизским или украинским. Львов провинциальнее Донбасса. Но провинциальность имеет много общего во всем мире.